"Калинишна"
автор Бологова Ольга Вячеславовна
г. Курган
Эта женщина была не просто мама моей крестной Нюси. Она была нашей Калинишной — так тепло, по-родственному, с какой-то особой домашней лаской звали мы эту женщину. Бессонова Наталья Калиновна. Калинишна. В этом имени слышалось всё: и уважение, и любовь, и то неуловимое чувство, когда человек становится для тебя не просто родственником, а частью твоего детства, твоей памяти, твоей совести.
Какая же тяжелая судьба легла на её плечи — хрупкие, но такие крепкие, способные выдержать нечеловеческую ношу. Она помнила революцию, гражданскую войну. Помнила голод, который выкашивал целые деревни. А потом пришла Великая Отечественная — и в первые же месяцы война забрала у неё мужа. Петр Иванович сложил голову в битве за Москву. Не успела отгоревать, не успела осознать до конца — нужно было поднимать детей. Одну дочь и трех сыновей. Одна. Без мужа. Без кормильца. В стране, где каждый кусок хлеба был на счету.
И она подняла. Вырастила. Поставила на ноги.
Но судьба не насыщается. И когда, казалось бы, гроза миновала, когда выросли дети и, возможно, впервые за много лет Наталья Калиновна позволила себе выдохнуть, пришло новое горе — погиб в армии сын Михаил. Сколько же нужно иметь в себе сил, чтобы не сломаться? Сколько мужества, чтобы каждое утро вставать, топить печь, месить тесто, идти на работу, улыбаться внукам? Она не жаловалась. Наверное, просто не умела.
Она была уроженкой деревни Высоково и осталась верна этой земле до конца. Всю жизнь в колхозе, за любую работу — бралась не разбирая. Не гнушалась, не искала легкой доли. Просто делала то, что нужно было делать. Помогала растить внуков — дочери Анне и зятю Василию. И как же тепло, с какой улыбкой она любила своих "фулиганов" — мальчишек внуков, которые носились по двору. Особенно Пашка — стрельнуть в бабулю из рогатки горохом считалось особым шиком. А она, только рукой махала: "Ох вы, фулиганы..." И любила одинаково — и того, кто горохом стрелял, и тех, кто тихо сидел в уголке и читал книги.
Калинишна знала цену хлебу. Настоящую. Не ту, что пишут в книгах, а ту, что чувствуешь желудком, когда он пуст уже третьи сутки. Ценила картошку — каждую, самую мелкую, самую "глазастую". Потому что голод — это не страшилка для детей. Это то, что она пережила своей жизнью, своей кожей, своими слезами.
Прожила долгую трудовую жизнь. Долгую. Это слово часто говорит о счастье, но здесь оно говорит о стойкости. Ушла она тихо — 30 апреля 1987 года. Как будто не хотела никого тревожить, не хотела лишнего шума. А хоронили её 1 мая. И в тот день шёл дождь со снегом. Говорят, когда идёт дождь, это земля плачет по ушедшему человеку. В тот день земля плакала навзрыд, смешивая апрельскую капель с майским снегом — будто сама природа не могла решить, какое время года лучше подходит для такой утраты.
Она осталась навсегда в селе Арлагуль, там, где покоится её тело. Но не только. Она осталась в каждом, кто её помнит. Уроженка села Высоково, вдова, труженица тыла, многодетная мать — это всё официальные слова. Но для нас она — Калинишна. Женщина, которая умела любить несмотря ни на что. Которая держала удар, когда казалось, что силы уже на исходе. Которая не предала ни своего мужа, ни свою землю, ни свою память.
Сегодня день её памяти. Вспомните вместе с нами Бессонову Наталью Калиновну. Нашу Калинишну. Пусть земля ей будет пухом, а мы — будем помнить. Потому что пока помнят — человек жив.
